Факультет международных отношений Санкт-Петербургского Государственного университета расположен на территории исторического комплекса бывшего Смольного монастыря, построенного в XVIII-XIX вв.
   На берегу Невы, напротив Охты, находилось село Спасское, в котором был устроен дегтярный завод, снабжавший смолой вначале Ниеншанц, а позднее Санкт-Петербургское Адмиралтейство.
   Близ этого места Петр I, в 1720 году, построил загородный дворец, названный Смольным, и предназначенный для пребывания в нем в летнее время его дочери, Великой Княжны Елизаветы Петровны.
  При вступлении Елизаветы на престол, Смольный дворец опустел. Императрица предпочла жить в Зимнем Дворце, и изредка посещала прежнее жилище, в котором провела годы юности. После пожара 1744 года, уничтожившего главный корпус Летнего дворца, Елизавета решила перестроить его и превратить в приют бедным сиротам девицам. С этой целью в октябре 1748 года, она объявила члену Синода Архиепископу Симеону, что желает на месте Смольного дворца построить величественный монастырь, где в тишине и покое она завершит свои дни. Сто двадцать девиц благородных семей должны будут составить окружение будущей настоятельницы. Для каждой - отдельный апартамент, с комнатой для прислуги, кладовкой для припасов и кухней. Указано было строить монастырь небывалый по красоте и великолепию – памятник благополучному царствованию.
   Составление планов, фасадов, смет и ответственность за постройку в техническом отношении монастырского комплекса были поручены архитектору Бартоломео Франческо Растрелли (1700-1771). Этого человека смело можно назвать одним из крупнейших зодчих России середины XVIII века. Род Растрелли происходит из Флоренции. Дед будущего архитектора в 1670 году получил дворянский герб и очень этим гордился.
   Отец Бартоломео Франческо, Карло Бартоломео был скульптором, работал в Риме, Париже. В 1715 году после смерти французского короля Людовика XIV Растрелли - отец понял, что будет трудно заработать на жизнь при новом государе, которому было всего 5 лет, и поэтому принял предложение работать в России. В том же году был подписан договор между “господином Иваном Лефортом, советником в Париже службы Его Царского Величества Петра Первого”, и “господином Растрелли Флоренским, кавалером Святого Иоанна Латеранского”. В документе значилось, что “помянутый господин Растрелли обязуется ехать в Санкт-Петербург с сыном и учеником и работать в службе Его Царского Величества…”. Таланту Растрелли младшего русское искусство обязано блестящим расцветом дворцового ансамбля. Его мастерство превратило город-порт и город-крепость в город дворцов. Смольный монастырь, наряду с Большим или Екатерининским дворцом в Царском селе (ныне г. Пушкин) и Зимним Дворцом, относится к трем самым крупным и характерным, для зрелого этапа творчества Растрелли, архитектурным творениям. По замыслу Растрелли, как Петербург отличен от прочих российских городов, так и Смольный монастырь регулярностью и симметричностью должен был выделяться среди прочих монастырей.
   30 октября 1748 года Архиепископ Симеон отслужил молебен в церкви Конной Гвардии, и, обойдя с крестами вокруг дворца, в присутствии императрицы, таким образом, положил основание новому монастырю, названному по соборному храму Воскресенским. Поначалу получивший название Воскресенского Новодевичьего, монастырь очень быстро, для краткости, стали именовать “Смольным”.
   Строителем был определен Бригадир Мордвинов, к которому в подчинение поступили пожалованные Государыней, в июле 1749 года, ингерманландские земли, принадлежавшие Генералу Ульяну Сенявину, деревня Версилка с угодьями и крестьянами 199 душами, а также пустопорожние земли по речкам Лаве и Кавралке.
   Для возведения соборного храма и прочих монастырских зданий, архитектор Растрелли составил план, из которого при Елизавете Петровне были выполнены окончательно одни только кельи, соборная же церковь Воскресения была выполнена без всякой отделки, вчерне (1748-1757).
  На плане монастырь смотрится кругом, вписанным в квадрат.
  В центре величественный однокупольный собор. Надо заметить, что Петр, нарушая традицию, одобрял строительство храмов на европейский манер – с одним куполом. Елизавета же настаивала на традиционном прямоугольном объеме русского храма, увенчанного пятиглавием, свидетельствующем о незыблемости православия.
  В 1749 году из Москвы прибыл строжайший наказ переделать проект монастыря и строить собор “не по римскому маниру”, а по образу и подобию Успенского собора в Московском Кремле. Переделка окончательно скомпонованного архитектурного произведения была для Растрелли серьезным испытанием, ведь одновременно со Смольным он разрабатывал проект Андреевского собора в Киеве. Итак, на модели, исполненной мастером, в середине обширного крестообразного замкнутого двора находится здание собора. По контуру двора идут жилые корпуса, увенчанные на углах четырьмя малыми “домовыми” церквями. Они задуманы для того, чтобы воспитанницам не выходить на дождь и снег, пронизывающий ветер. Последней в модели проекта была колокольня, которая должна была стать доминантой ансамбля при высоте 140 метров. Величественная колокольня должна была превысить вдвое колокольню Ивана Великого в Московском Кремле и на треть – шпиль Петропавловского собора. Все сооружение вместе с предполагаемой колокольней замыкается каменной оградой с небольшими башнями.
В мае 1751 года начались работы по возведению собора, а в мае 1754 года императрица Елизавета посетила строительство в Петербурге, и осталась довольна. Однако колокольня Растрелли не была построена, так как через три года после приезда императрицы, началась война с Пруссией и деньги, отпущенные для строительства Смольного монастыря, понадобились армии.
   Успехи в войне заглушили в душе императрицы желание окончить свои дни в монастырской тиши.
    Внутри храма были оставлены леса и помосты огромной величины, от времени пришедшие в разрушение и полностью снятые только в 1825 году, в общем, в таком положении здание находилось более семидесяти лет, хотя постройка монастыря продолжалась и при Екатерине II, без участия Растрелли. Руководство стройкой перешло к И.И. Бецкому, сама Екатерина II осуществляла высшее наблюдение. Растрелли, находившийся тогда в зените славы, но уже прихварывающий, не пользовался особой любовью Императрицы, и поэтому оставил постройку Смольного монастыря.
   Иван Иванович Бецкой, незаконный сын князя Трубецкого, поэтому унаследовавший вторую часть фамилии отца, блестяще образованный человек, одаренная деятельная натура, владел в совершенстве несколькими европейскими языками, на которых легко выражался и устно и письменно. Родился в России, начал свое образование в копенгагенском Кадетском корпусе, продолжил учебу в Париже, где потом стал секретарем при полномочном русском после Князе В.Л. Долгоруком. С 1726 года служил в Петербурге сначала в Коллегии Иностранных Дел, а затем при Дворе Великого Князя Петра Федоровича. Бывал в Италии, Франции, Голландии, Австрии, Германии. В 1756 году он снова отправился за границу, в этом путешествии Бецкой знакомился с педагогическими теориями Локка, Руссо, Гельвеция, а также с начавшими тогда выходить первыми томами энциклопедии Дидро, а затем познакомился и с самим автором. Екатерина II оценила просвещенный ум Бецкого, приблизила его и сделала своим почетным чтецом, по вечерам обсуждая с ним то, что появлялось ценного в западноевропейской литературе, много внимания уделяя сочинениям педагогического характера.
   Желая сделать Воскресенский монастырь полезным заведением для всей России, Императрица Екатерина II c 31 января 1765 года указом учредила при нем воспитательное заведение для малолетних девиц благородного и мещанского происхождения.
   Исполнителем великого замысла и был назначен Иван Иванович Бецкой, который еще в 1764 году представил план воспитания благородных девиц, соответственно которому заведение и было открыто.
   В начальницы Воспитательного Общества 23 апреля 1764 года была назначена Княжна Долгорукая. Княжна Анна Сергеевна Долгорукая была дочерью Князя Сергея Петровича Долгорукого от брака с Княжной Ириной Петровной Голицыной, отец которой был сослан в царствование Императрицы Анны Иоанновны вместе с другими членами семьи Долгоруковых. При Елизавете Петровне он был возвращен и состоял русским посланником в Константинополе. Анне Сергеевне при утверждении в должности начальницы учебного заведения было пожаловано звание камер – фрейлины.
   Был назначен попечительский Совет, в первый состав которого вошли И. Бецкой, сенатор П. Панин, сенатор Князь П. Трубецкой и С. Козьмин. В обязанности попечительского Совета, кроме заботы об учебном заведении, входила ответственность за духовенство и монахинь живших в Смольном монастыре. В разное время в состав попечительского Совета входили сенатор Г.Р. Державин, князь В.П. Кочубей, генерал от инфантерии граф М.А. Милорадович, С.С. Уваров и другие.
   Екатерина II самолично начертала правила, положившие начало Воспитательному Обществу благородных девиц, в котором должно было, по ее разумению, образоваться юное поколение для будущего России: “Первое попечение надлежит иметь о Вере, дабы заблаговременно посеять и вкоренить в сердцах благоговение; также повиновение начальствующим, взаимную учтивость, кротость, воздержание, равенственное в благонравии поведение, утвердить чистое, к добру склонное и праводушное сердце и благородным особам приличную скромность и великодушие и стараться удалять от всего того, что гордостию и самолюбием назваться может”.
   Количество воспитанниц вначале было определено 200. Они принимались не старше 5 и 6 лет, и в первый год их было принято 50, с разделением на четыре возраста, которые отличались один от другого цветом платья, например:  девицы первого возраста (от 6 до 9 лет) носили платье коричневого цвета, второго возраста (от 9 до 12 лет) платье голубого цвета, третьего возраста (от 12 до 15 лет) платье серого цвета, четвертого возраста (от 15 до 18 лет) платье белого цвета.
   Платья шили из камлота – ткани, которую выписывали из Англии. В праздничные дни на девочек надевали платья тех же цветов, только шелковые.
   Дети изучали разнообразные науки, в том числе: Закон Божий, русский, французский, немецкий языки, арифметика, рисование, танцы, пение, игра на музыкальных инструментах, шитье и вязание, география, история, домостроительство - (хозяйство), архитектура, геральдика.
   В четвертом возрасте девицы завершали образование, повторяя пройденные науки, надзирали за младшими воспитанницами, подавая им собой пример в благонравии.
   Кроме занятий обязательными науками, девицам разрешалось устраивать костюмированные представления по праздникам и в случаях посещения Воспитательного Общества важными особами.
   Государыня часто посещала заведение, любовалась на маленьких воспитанниц, старалась устранять малейшее принуждение и застенчивость в поведении девочек в своем присутствии.
   В 1765 году Императрица учредила при этом заведении училище для девиц низших сословий, на одном положении с благородными. Для этой цели в 1765 – 1775 гг. она возвела рядом со Смольным монастырем, к северу от него, большое здание “Училища воспитания мещанских малолетних девушек”, которое конце XIX века переименовали в Александровский институт. Это четырехэтажное здание, построенное архитектором Фельтеном, имеет дугообразную форму. После приема воспитанниц в училище для каждой назначалось по 50 рублей, которые вносили в Банк для приращения процентов, и потом вместе с деньгами приобретенными продажей сделанных самими девицами вещей, во время пребывания их в училище, выдавались им сполна, при выпуске, на приданое.
   Монастырь тем временем жил своей жизнью и становился значительной обителью. В 1765 году Екатерина II велела составить для него новый штат, по которому оклады его были повышены против прочих первоклассных монастырей. По новому штату положено было иметь 1 игуменью, 12 монахинь, 5 священников, 1 диакона, 20 служительниц и причетников. На содержание монастыря отпускалось ежегодно из собственных Императорских доходов по 4752 рубля.
   Устраивая воспитательное заведение в Смольном, Екатерина не хотела нарушить волю Императрицы Елизаветы Петровны об учреждении монастыря, и поэтому решила сочетать то и другое. В монастырскую общину в Смольном для жительства было приказано выбрать таких монахинь из других монастырей, которые могли бы быть полезны для воспитательного заведения. Еще в апреле 1764 года митрополит Новгородский Димитрий объявил Святейшему Синоду повеление Императрицы о “введении” в Смольный монастырь игуменьи и 12-16 монахинь “жития и обхождения благородного и опрятного”, если возможно, из дворянок, причем искать таких монахинь, по мнению самой Императрицы, следовало в Смоленске. Святейший Синод послал указ в Москву митрополиту Тимофею и архиепископу Амвросию с предписанием лично отобрать игумений и монахинь, находящихся в Московском Новодевичьем и Воскресенском монастырях и выбрать из них наиболее достойных. Такой же указ был послан епископу Смоленскому. Из Москвы были отобраны 9, а из Смоленска – 5 монахинь, причем по указу Императрицы, одна из монахинь – Елпидифора была возведена в сан игуменьи. Монахинь поначалу привлекали к учебному процессу. Преподавание было поручено учителям, а обучение грамоте – монахиням. Однако монахини не оправдали возложенных на них ожиданий. Они тяготились непривычными обязанностями, некоторые из них были просто малограмотны, и в 1767 году Святейшему Синоду было предложено заменить некоторых монахинь другими, но это вызывало затруднения, поэтому число монахинь постепенно сокращалось и мало - помалу монахини были полностью отстранены от участия в жизни Воспитательного Общества.
   Строительные работы в Смольном монастыре шли медленно. В феврале 1765 года заведующий Конторой строения Смольного монастыря Василий Перекусихин доносил Бецкому, что от выделенных в 1761 году еще Елизаветой Петровной 40,800 рублей осталось 5,566 рублей 15 копеек и, что часть из денег предназначенных на строительство Смольного монастыря была использована взаимообразно на ремонт Зимнего Дворца. В том же докладе Перекусихина отмечается, что остаются неоконченными соборная церковь, часть ограды, не устроен пруд и бани. Более активно, по предписанию Бецкого, шли строительные работы, которые должны были приспособить часть монастырских зданий для помещения воспитанниц и положенных при них по уставу лиц.
   К концу 1769 года строительные работы необходимые для Воспитательного Общества и Училища малолетних девушек были закончены, а завершение постройки Собора и колокольни решено было окончательно отложить. С 1 января 1770 года число мастеровых на стройке Смольного комплекса было сокращено.
   Доступ богомольцам в монастырь был закрыт, поэтому монастырское духовенство отправляло церковные службы для монахинь, воспитанниц и служащих в Воспитательном Обществе.
   К концу царствования Екатерины II в монастыре было 10 монахинь, при них - 14 служанок, монахини получали положенное в 1764 году им Императрицей жалованье по 100 рублей в год, не считая помещения, в котором они жили, стола и выдачи им сальных свечей для освещения. Если считать воспитанниц, педагогический персонал, служащих, духовенство, монахинь, мастеровых, прислугу, воинскую команду и других, то общее число населения Смольного превышало тысячу человек.
   Императрица относилась с любовью и теплотой к своему детищу в Смольном, она пожаловала 100 тысяч рублей воспитанницам первого выпуска Воспитательного Общества. За все царствование Екатерины II из Смольного было выпущено в благородном отделении 440 девиц, мещанском около 410. Всего выпущенных воспитанников было 1316.
   Пять благородных воспитанниц первого выпуска, а именно: Глафиру Ивановну Алымову, Екатерину Ивановну Молчанову, Александру Петровну Левшину, Наталью Семеновну Борщову и Екатерину Ивановну Нелидову Императрица взяла ко Двору фрейлинами. Императрица настолько любила этих воспитанниц, что заказала художнику Дмитрию Григорьевичу Левицкому портреты семи девушек: Левшиной, Борщовой, Алымовой, Молчановой, Нелидовой, Хрущевой и Хованской в тех костюмах, в каких они участвовали в спектаклях и концертах. Эти парадные монументальные портреты предназначались для украшения дворцовых интерьеров. Сегодня они находятся в собрании Государственного Русского музея в Санкт-Петербурге.
   6 ноября 1796 года скончалась Императрица Екатерина II, в Смольном восприняли эту грустную весть с особенной болью, ведь  заведение лишилось особого покровительства.
   При Екатерине Воспитательное Общество не было подчинено наравне с другими учреждениями Сенату, а находилось в ведении непосредственно самой Императрицы. Известно, что новый Император Павел I не сочувствовал многим начинаниям Екатерины II. К моменту вступления Павла I на престол положение в Смольном было весьма затруднительно, была задумана и начата реформа учебного процесса, имелись и финансовые затруднения.
   12 ноября 1796 года последовал Именной указ Императора Павла I Правительствующему Сенату о том, что начальствование над Воспитательным Обществом благородных девиц надлежит принять Императрице Марии Федоровне. Императрица Мария Федоровна-супруга Павла I происходила из Вюртенбергского дома, родилась в городе Штеттине, который был родиной и Екатерины II.
   Смерть Екатерины II и воля Павла I открыли для этой женщины дорогу широкой просветительско - благотворительной деятельности в России. С первых же дней своего начальствования над Смольным она проявила энергичную деятельность, издав рескрипт о жаловании денег Воспитательному Обществу, совершила перестановки среди обслуживающего Общество персонала. В плане образования девиц Императрица сделала существенные изменения, число воспитанниц было увеличено, возраст для приема девиц, вместо 6-летнего, установлен 8-9 лет, курс обучения сокращен на три года. В мещанском училище она исключила из преподавания иностранные языки, музыку и танцы, теперь сюда воспитанниц принимали с 10 лет.
   В 1797 году монастырь, на территории которого находилось учебное заведение, как таковой был упразднен.
   Деятельность Марии Федоровны, конечно, не ограничивалась областью просвещения и в 1803 году к числу уже учрежденных Императрицей благотворительных заведений добавились так называемые Вдовьи Дома, один в Петербурге, другой в Москве.
   Дома эти представляли собой богадельни для вдов военных и гражданских чиновников. На каждое из этих заведений Императрица жертвовала от Себя по 1.500 рублей ежегодно.
   В Петербурге Императрица задумала специально построить здание для Вдовьего Дома рядом с комплексом бывшего Смольного монастыря. Строительство здания Вдовьего Дома за счет Санкт-Петербургского Опекунского Совета было поручено архитектору Кваренги. Итальянец по происхождению, классик - в полном смысле слова, Кваренги построил здание колоссальных размеров не дворцового, а практического характера. Мощное по размерам, безупречное по строгости линий и пропорциям – творение Кваренги достойно стало рядом с созданием Растрелли – Смольным монастырем.
   Надо сказать, что в бывшем Смольном монастыре в это время производилось много текущих строительных работ. Это объяснялось тем, что зданий в монастыре было много, но они мало отвечали требованиям учебного заведения, поэтому постоянно перестраивались и ремонтировались. Императрица Мария Федоровна представила Государю записку, в которой изложила обоснования неудобств занимаемого Воспитательным Обществом монастырских зданий и предложила путем обмена между Обществом и Вдовьим Домом решить эту проблему. Император Александр I утвердил проект Императрицы Марии Федоровны, и в 1808 году Воспитательное Общество благородных девиц было переведено в новое здание Кваренги, однако часть помещений монастыря была оставлена во временное пользование Воспитательному Обществу.
   Недостроенная соборная церковь оставалась в ведении Общества и по окончании постройки должна была служить собором для обоих заведений. Ремонт прежних помещений Воспитательного Общества и приспособление их для Вдовьего Дома были закончены к ноябрю 1810 года. На все работы по перестройке и ремонту помещений было израсходовано 128.982 рубля 62 коп, при этом Государь пожаловал от Себя 70.000 рублей, а Императрица – 58.000 рублей.
   Тем временем, техническое состояние недостроенного Смольного Собора заметно ухудшалось. Железные листы крыши, не спаянные между собой во многих местах были оторваны ветром, отчего деревянные стропила в некоторых местах совершенно сгнили, кровля протекала и вода проникала внутрь собора. По поручению попечительского Совета Воспитательного Общества, архитектор Михайлов осмотрел собор и составил смету предполагаемых расходов на ремонт и достройку.
   Михайлов указал, что необходимо закончить собор постройкой, иначе скоро наступит время, когда его невозможно будет исправить.
   Князь А.Н. Голицын, министр духовных дел и народного просвещения довел до сведения Священного Синода печальное положение собора. Священный Синод, выражая сочувствие скорейшему окончанию постройки собора, не взял на себя этого дела, так как недостроенный Смольный собор не находился в ведении духовного начальства. Императрица Мария Федоровна решила самостоятельно довести постройку собора до конца. Дело затянулось и лишь в 1828 году после смерти Императрицы Марии Федоровны, с соизволения Императора Николая I был объявлен конкурс на достройку Смольного собора, в этом конкурсе приняли участие лучшие архитекторы того времени: Росси, Шарлемань, Стасов, Михайлов, и другие. В 1832 году по Высочайшему повелению Императора Николая I была учреждена Комиссия при министерстве финансов по достройке собора Воскресения, которая при участии Министра Финансов Графа Егора Францовича Канкрина, отстроила собор за три года по плану архитектора В.П. Стасова, выигравшего конкурс.
   Василий Петрович Стасов (1769-1848) принявший участие в больших строительных работах в Петербурге после Отечественной 1812 года, был одним из крупнейших русских зодчих. Родился в Москве, рано остался сиротой и уже в 14 лет поступил на службу чертежником. Искусству архитектуры он учился у ведущих московских зодчих Баженова и Казакова. Стасов оформлял коронационные торжества Александра I, а затем был отправлен в Италию для изучения памятников античной архитектуры. После возвращения в 1808 году на родину, он переехал в Петербург.
   Средства на достройку и снабжение храма ризницею, утварью и вообще всем необходимым – два миллиона рублей ассигнациями - были взяты из сумм Государственного Казначейства. Из Канцелярии Воспитательного Общества благородных девиц Министерством Финансов были затребованы “на рассмотрение планы, сметы и другие подобные бумаги, до собора относящиеся”. Комиссией по достройке собора были приняты меры к возможно более художественному выполнению как внутренней, так и наружной отделки храма. Работы производились под непосредственным наблюдением архитектора В.П. Стасова, который старался сохранить замыслы Растрелли. Стасов реконструировал всю въездную часть ансамбля. Он начал с того, что снес так называемый спальный корпус, который был построен в 1802 году на месте проектируемой колокольни и загораживал вид на собор. Образовавшийся проезд архитектор оформил двумя симметрично расположенными флигелями. Стасов сделал внутреннюю отделку собора, возвел высокие чугунные ограды, тонкого и красивого рисунка. В 1834 году архитектор Стасов представил министру финансов графу Канкрину записку, в которой сообщал, что он осматривал 8 колоколов, отлитых во время сооружения собора еще в 1757 году, и которые могут быть повешены в дополнение к 12-ти отлитым вновь на определенных для колоколен башнях при соборе. Художник Венецианов написал для собора икону “Предстательство Богородицы за воспитанниц Смольного института”.
   31 мая 1835 года Император Николай Павлович Высочайше утвердил штат и положение Смольного собора, который был назван “собором всех учебных заведений”.
   Торжественное освящение Смольного собора, назначенное в день ангела уже покойной императрицы Марии Федоровны, состоялось 22 июля 1835 года, в присутствии государя, воспитанников, воспитанниц находящихся в Петербурге учебных заведений. По поводу торжества в восьми залах, коридорах Воспитательного Общества благородных девиц и в помещениях Вдовьего Дома, на протяжении около полуверсты, были накрыты 22 больших стола, всего на 2.200 человек, убранные живыми цветами и растениями.  В память окончания Смольного собора была выбита медаль.
   С одной ее стороны изображен фасад собора с флигелями, с другой – Спаситель в храме, благословляющий детей.
   В самом храме, в алтаре, на стене по правую сторону престольного образа, золотыми буквами были начертаны названия семнадцати учебных заведений, находившихся под покровительством Марии Федоровны, по левую сторону – надпись: “Сей храм начат Императрицею Елизаветой Петровной в 1748 году, докончен Императором Николаем Павловичем в 1835 году”. Напротив иконостаса под балдахином находилось Императорское место, параллельно с Императорским местом за балюстрадой была помещена мраморная доска с надписью: “Сей храм наименован Собором всех учебных заведений, в память Императрицы Марии Федоровны, благотворительницы юношества”.
   Итак, кроме главного здания Воспитательного Общества, построенного Кваренги, в ведении Попечительского Совета общества оставалась значительная часть монастырских зданий, построенных еще Растрелли. В 1851 году по указу Императора и по соглашению Принца Петра Георгиевича Ольденбургского - члена Совета, начальницы Смольного, Почетного Опекуна, Управляющего Вдовьим Домом и Статс - Секретаря А.Л. Гофмана, было рассмотрено предложение о перераспределении помещений внутри здания, окружающего собор всех учебных заведений. В средней части здания, обращенной к Неве, было намечено поместить лазарет для воспитанниц Общества, находившийся до того времени в Александровском Училище. Правую или южную сторону старого здания предполагалось отвести для призреваемых во Вдовьем Доме, левую или северную сторону для пенсионерок и чиновников Вдовьего Дома. Был составлен подробный план размещения лазарета Воспитательного Общества. В нижнем этаже решили поместить лазаретную кухню, “коробовые печи для нагревания коридоров”, квартиры служащих и прислуги, в среднем этаже – сам лазарет, с разделением его на три части, по возрастам, и в верхнем этаже – комнаты для запасного лазарета, больницу для служанок и несколько квартир для служанок в лазарете. Работы по устройству лазарета были начаты в 1853 году. По Высочайшему повелению на них было отчислено 43.985 рублей 74 копейки.
   В 1865 году Опекунский Совет Вдовьего Дома поднял вопрос о пользовании Воспитательным Обществом частью бывших монастырских строений. Опекунский Совет указывал, что по указу 12 августа 1808 года, Воспитательному Обществу была предоставлена возможность, при переходе его в новое здание, временно пользоваться прежними помещениями под квартиры лицам, проживающим в Смольном по Особым Высочайшим повелениям. Опекунский Совет предположил, что в виду сокращения числа живущих при нем частных лиц, Воспитательное Общество больше не нуждается в этом здании и может вернуть его Вдовьему Дому. Известно, что еще в 1866 году в Смольном были сохранены за небольшую плату квартиры, ранее бесплатно отведенные лицам, которые прежде имели то или другое отношение к Воспитательному Обществу. В Смольном, в комнатах нижнего и верхнего этажей старого здания, где был запасной лазарет, отводились помещения бывшим классным дамам и инспектрисам. Известно, что еще при Екатерине II, фрейлина Е.И. Нелидова получила пожизненное право на казенную квартиру в Смольном.
   М.П. Леонтьева – начальница Воспитательного Общества в то время, энергично выступила против возврата части старого здания Вдовьему Дому. В подробном донесении Принцу П.Г.Ольденбургскому она указала, что в 1851 году в этой части здания устроены лазареты, одновременно произведено новое размещение Вдовьего Дома, и таким образом, отменено решение о временном пользовании Воспитательным Обществом старого здания. Теперь Воспитательное Общество имеет законное право считать своей принадлежностью ту часть здания Растрелли, которая предоставлена сему заведению. Ходатайство было уважено и часть здания Растрелли, где помещались лазареты осталась за Воспитательным Обществом. Интересно, что помещения запасного лазарета имели внутреннее сообщение с новым зданием института, а также выход в сад, где постоянно играли воспитанницы. К 1870 году число лиц проживающих в зданиях Императорского Воспитательного Общества по рапорту полицмейстера Общества, числилось 1114 человек вместе с воспитанницами.
   В 1898 году правительство отмечало, что помещения лазарета Императорского Воспитательного Общества благородных девиц не оставляют желать ничего лучшего. Едва ли найдется в России другое учебное заведение, лазарет которого настолько бы отвечал требованиям гигиены. Расположенный в здании построенном Растрелли, он поражает обширностью помещений, обилием света, воздуха и безукоризненной чистотой.
   В 1914 году исполнилось 150 лет со дня учреждения Императорского Воспитательного Общества благородных девиц. Юбилейные торжества открылись в мае того же 1914 года торжественным богослужением в Смольном соборе и продолжились в Белом зале здания Кваренги.
   В первые годы Советской власти Воспитательное Общество было упразднено, а в зданиях бывшего Смольного монастыря разместился 2-ой Юридический институт.
   Сегодня в той же части здания Растрелли, расположенного вокруг собора, где находится факультет международных отношений Санкт-Петербургского государственного университета, все еще остаются некоторые подразделения Центрального Государственного Архива историко-партийных документов. ЦГАИПД берет свое начало от Комиссии для собирания и изучения материалов по истории Октябрьской революции и истории Российской коммунистической партии. Эта Комиссия была образована при Народном Комиссариате просвещения Декретом СНК РСФСР от 21 сентября 1920 года и получила сокращенное название истпарт. В октябре 1920 года был образован Петроградский истпарт, который с 1 декабря 1920 года стал отделом Петроградского губернского комитета РКП (б) – Российской Коммунистической Партии (большевиков). Работа велась в тесном контакте с Главархивом. В дальнейшем уже собранная коллекция партийных документов, послужила основой для образования Ленинградского партийного архива, которому было выделено специальное помещение по адресу: набережная канала Грибоедова, 103.
   13 декабря 1929 года постановлением секретариата Ленинградского обкома ВКП (б) Ленинградский партийный архив был оформлен как самостоятельное учреждение.
   В начале Великой Отечественной войны архив был эвакуирован в Челябинск, где находился до апреля 1944 года.
   В январе 1944 года была снята блокада Ленинграда, а 18 апреля этого же года Ленинградский областной комитет ВКП (б) выносит постановление, подписанное первым секретарем Ленинградского обкома партии А. Кузнецовым, о возвращении архива и помещении его по адресу: улица Смольного д. 1/3, 8-й подъезд, где ранее находился 2-ой Юридический институт.
   В таком качестве Ленинградский партийный архив (ЛПА) просуществовал до 1991 года, когда в соответствии с указом президента РСФСР “О партийных архивах” от 24 августа 1991 года был преобразован в декабре того же года в Центральный государственный архив историко-политических документов Санкт-Петербурга.
   В настоящее время архив располагается в двух зданиях – одном из корпусов ансамбля Смольного монастыря, приспособленном под архивохранилище (в том же, где находится факультет международных отношений) по адресу: Смольный, д. 1/3, 8-ой подъезд и в специально построенном для ЦГАИПД Санкт-Петербурга в 1991 г. типовом архивохранилище по адресу: Таврическая улица, д. 39. С 1991 года архив находится в состоянии перемещения в новое здание.
   ЦГАИПД Санкт-Петербурга является одним из крупнейших архивохранилищ документов партийных и комсомольских органов и организаций, учебных заведений, научных и политико-просветительских учреждений КПСС и ВЛКСМ, а также комплекса документов по истории гражданской и Великой Отечественной войны. В фондах архива имеются документы с автографами А. Жданова, Г. Зиновьева, М. Калинина, С. Кирова, А. Кузнецова, Л. Троцкого и других деятелей коммунистической партии и советского государства.
   В 1994 году Санкт-Петербургский государственный университет учредил новый факультет, факультет международных отношений.